Есть у нас такая традиция. Каждый год в канун Дня независимости в стране разворачивается живейшая дискуссия о состоятельности Украины как государства. Печально, но факт: с момента провозглашения полной политической и экономической самостоятельности истекло 17 лет, а количество не слишком верящих в безоблачное будущее республики все еще велико. И на «рідних теренах», и за его пределами. Еще печальнее, что по-прежнему немало тех, кто и вовсе сомневается, а есть ли у страны это самое будущее.

Раскол в обществе, разрозненность элит, неэффективность власти, отсутствие глубоких системных преобразований, масштабная коррупция, невнятная внешняя политика — эти очевидные угрозы безопасности страны ложатся в основу тревожных заявлений добросовестных политиков и скептических заключений независимых экспертов.

В этом году споры о способности государства в целом и власти в частности адекватно реагировать на внешние и внутренние вызовы обрели иное звучание. После печальных событий в Южной Осетии приобрел актуальность новый вопрос — в состоянии ли Украина защитить свою независимость в случае возникновения реальной угрозы ее суверенитету и целостности. В том числе угрозы военной.

Пессимистические прогнозы западных экспертов и двусмысленные заявления российских политиков позволяют говорить о возникновении подобной угрозы как о реальности.

Готова ли к ней Украина? Готовы ли к адекватным действиям политики и военные? Осозна­ет ли степень возникающей угрозы общество? В какой мере оно доверяет способности власти и умению вооруженных сил отстоять право Украины на существование? Насколько едины представители различных регионов, социальных слоев и возрастных групп в оценке ныне происходящего и гипотетически возможного? Изменились ли эта оценка после трагических событий на Кавказе?

Не слишком верим (но все же надеемся), что ответственные лица уже озаботились спешным поиском максимально точных ответов на эти архиважные вопросы. Ибо оценка существующих рисков и реальных угроз куда важнее поиска мифических врагов и псевдопроблем. Если власть имущие этого не осознают сегодня, то завтра будет все равно, существует ли парламентская коалиция, кто должен быть единым кандидатом на президентских выборах и кому достанется тот или иной кусок земли либо промышленный объект. Парады будет проводить некому и незачем.

Недооценив степень угрозы государству, политики рискуют его похоронить. В лучшем случае, — похоронить себя. Возможно, если не груз ответст­венности за судьбу Родины, то хотя бы банальный инстинкт самосохранения поможет увязшим в склоках небожителям стать расторопнее и, самое главное, мудрее…

Дабы предоставить нашим читателям возможность самостоятельно сделать некоторые предварительные выводы, «Зеркало недели» выступило инициатором проведения социологического исследования. Экспертами центра «Тейлор Нельсон Софрез Украина» при помощи телефонного опроса были проинтервьюированы 1200 респондентов в возрасте от 18 лет, проживающие в городах с населением свыше 20 тысяч. Уровень погрешности не превышает 3%.

По нашему мнению, полученные результаты представляют любопытный материал для умозаключений. Мы, по традиции, остановимся на некоторых характерных особенностях.

Небезынтересным выглядит мне­ние опрошенных по поводу дейст­вий России и Грузии в ходе «пятидневной войны» в Южной Осетии. 44,4% участников исследования считают шаги, предпринятые Москвой, агрессией против независимого государст­ва. 41,4% убеждены, что речь идет исключительно о миротворческой операции. То есть диаметрально противо­положные оценки были даны примерно равным количеством граждан.

Территориальное распределение голосов предугадать несложно. Агрессором Российскую Федерацию называют 72,9% жителей западных областей, 62,5% населения Киев­ского региона и 58,5% представителей Центра. В свою очередь миротворчеством действия армии РФ склонны считать 67,1% обитателей Юга (в отдельно взятом Крыму эта цифра составляет внушительные 73,2%) и 52,2% на Востоке. Таким образом, ответ на этот вопрос косвенно подтвердил мнение о сохранении раскола в обществе. И не подтвердил прогнозы некоторых экспертов о том, что события на Кавказе способны существенно уменьшить степень полярности оценок.

Симптоматично, на наш взгляд, и то, что тезис об агрессии россиян разделяет 60% респондентов в возрасте от 18 до 19 лет. А мнение о миротворческой миссии армии РФ — 52,3% тех, кому за 60… Выводы делайте сами.

Любопытную точку зрения высказали опрошенные, оценивая действия Грузии и ее руководства. С одной стороны, применение военной силы по отношению к Юж­ной Осетии более половины респондентов расценило как акт агрессии — 50,9% (в Крыму подавляющее большинство — 74,6%, на Запа­де — 27,1%). Количество тех, кто назвал боевые действия, развязанные Тбилиси, необходимым шагом для сохранения территориальной целостности Грузии, меньше. Одна­ко таковых также немало — 38,3%, особенно в западных регионах (64,9%) и почти половина жителей Киева и Центра (46,7% и 44,5%).

С другой стороны, решение Ми­хаила Саакашвили о вводе войск на территорию самопровозглашенной республики с последующим применением артиллерии и авиации, разделяет гораздо меньшее количество участников исследования. Только 19,5% назвали использование силы нормальной реакцией на обстрел осетинской стороной грузинских сел. Причем в этом случае территориальный разброс не слишком велик — от 22,5% в Центре до 17,6% на Востоке. А вот неоправданной эмоциональной реакцией на провокации со стороны России подобные действия посчитало на удивление много опрошенных — 57,4%. Характерно, что это мнение более половины респондентов во всех регионах Украины. А если быть точным, то 61,5% в Центре, 60% — в Киеве, 58% — на Западе, 56,3% — на Востоке и на 53,5% — на Юге. Редкое единодушие.

Ответы на эти вопросы позволяют сделать предварительный вывод о поддержке частью населения страны территориальной целостности Грузии и одновременно о решительном несогласии наших граждан с действиями Саакашвили, а также о категорическом неприятии применения силы.

Несколько удивили и ответы на вопрос о главной цели Москвы в операции на территории Грузии. То, что будет велико число убежденных в стремлении России защитить интересы своих граждан, прогнозировалось. И все же цифра в 39% несколько озадачила. Хотя трогательная вера наших граждан в чистоту помыслов стратегических партнеров вызывает искреннее уважение. Причем присуще это всем без исключения возрастным категориям — от 31,1% 20—29-летних до 50,6% из числа тех, кому за 60.

Удивительно и то, что в переч­не ответов на этот вопрос на втором месте по популярности оказалась экономическая гипотеза. 34,5% опрошенных убеждены, что конечным замыслом России в операции на территории Грузии является установление контроля над страной. Необходимого для срыва планов строительства альтернативных нефте- и газопроводов, идущих из Азии в Европу в обход России. Так, в частности, считают 51,6% жителей Запада и 45,8% киевлян.

Достаточно много сторонников версии о готовности россиян при помощи военной силы воспрепятст­вовать вступлению Грузии в НАТО. Этот вариант ответа выбрали 26,3%. Абсолют­ное меньшинст­во сторонников данной версии проживает в антинатовском Крыму — 15,5%, абсолютное большинство — в столице (38,3%).

Для сторонников скорейшего сближения с альянсом ответы на следующий вопрос сулят сущее разочарование. Только 18,2% опрошенных считают, что в свете последних событий наша страна должна формировать процесс вступления в НАТО. Еще 13,2% ответили на этот вопрос положительно с некоторой долей сомнения. Но при этом любопытно, что число таковых сопоставимо на Востоке и в Центре, регионах, достаточно существенно отличающихся политической окраской, — 10,3% и 12,5%. 11,7% считают себя относительными противниками сближения Украины и НАТО. 51,4% — решительными противниками. В сумме число оппонентов альянса выглядит впечатляюще — более 63%. Обращает на себя внимание и незначительное число неопределившихся — лишь 3,3%.

Важная деталь. Значительное число антинатовски настроенных граждан — скажем так, солидного возраста. 65,7% противников вхождения страны в блок — те, кому за 60. Однако при этом трудно говорить о доминировании пронатовских настроений среди молодежи. Категори­чески за НАТО 23,7% тех, кому от 18 до 19 лет и лишь 17,8% тех, кому от 20 до 29. В свою очередь доля решительных противников альянса в этих же возрастных категориях составляет 37,8% и 44,4% соответственно.

На базе приведенных выше дан­ных позволим себе сделать несколько выводов. Конфликт в Южной Осетии не изменил отношения наших граждан к НАТО как к надежной системе европейской безопасности. О причинах судить не станем. Хотя их наверняка множество. Начиная с отсутствия в Украине эффективной системы информирования о НАТО. Заканчивая позицией, которую заняли лидеры некоторых государств — членов альянса в ходе южноосетинского кризиса.

На основании результатов опроса, проведенного по инициативе «ЗН», можно сделать предварительный вывод и о том, что в целом не претерпела существенного изменения позиция большинства жителей страны по отношению к Черноморскому флоту. Даже после того, как дислоцированные в Украине суда приняли непосредственное участие в конфликте.

Исследования, недавно проведенные другим социологическим центром — Киевским международным институтом социологии (2007 рес­пон­дентов, погрешность от 2% до 3,5%), — вроде бы продемонстрировали, что отношение к ЧФ подверг­лось некоторой коррекции. Согласно данным КМИС, если в мае-июне только 21,7% настаивали на выводе флота с территории Ук­раи­ны после 2017 года, то в августе эта цифра возросла до 29%. А число сторонников пребывания фло­та в Крыму и после указанной даты снизилось с 33% до 26,5%. Впро­чем, количество тех, кто настаивает на немедленном выдворении ЧФ из нашей страны, после осетинских боев упало на 5% — с 21,6% (к началу июня) до 16,6% (к середине августа)…

А теперь вернемся к нашему исследованию. Ответы на вопрос о миссии российского флота на украинских землях заслуживают особого внимания. 44,1% по-прежнему убеждены, что ЧФ РФ — это гарантия мира и стабильности в Украине. Однако куда более примечательно другое. Подобное мнение разделяют не только 48,8% 60-летних, но и 47,4 (!) тех, кому от 18 до 19 лет. И еще одна деталь. Гарантами мира (согласно данным опроса) российских моряков считают 33,5 % (то есть треть) жителей западных регионов. Руководителям государст­ва (форсирующим присоединение к ПДЧ, выразившим готовность ужесточить систему семипроцентного контроля над перемещениями кораблей и постоянно напоминающим о конституционном запрете на размещение иностранных войск) следует обратить на эти цифры особое внимание. И сделать выводы.

Фактором нестабильности и роста сепаратистских настроений в Крыму ЧФ называли 21,8% (35,8% в Киевском регионе), угрозой втягивания Украины в военный конфликт с третьими странами — 20,7% (28,2% на Западе). Достаточно многие (13,4%) испытали затруднение при выборе однозначного ответа (примечательно, что 15,9% — на Востоке).

При всем при этом ни много ни мало 47,1% (!) допускают возможность вооруженного конфликта между Россией и Украиной 42,3% считают такое развитие событий вероятным (в том числе, как ни странно, на первый взгляд, 44,1% на Востоке). 4,8% убеждены в неизбежности войны. 49,7% в такой сценарий не верят. Причем на Востоке и Западе таковых практически поровну — 48,8% и 48,4% соответственно. Категорически не верят в войну с РФ наиболее возраст­ные респонденты — 60,5%. Верит молодежь — 53,3% 18—19-летних и 50,6% 20—29-летних.

В свете приведенных данных не выглядят откровением итоги опроса о необходимости повышения обороноспособности страны. 37,9% в том числе 32,8% на Востоке) решительно высказались за увеличение военных расходов. Еще 18,5% на вопрос о желательности возрастания трат на армию ответили «Скорее да, чем нет». Итого, 56,4% (более половины населения) убеждены, что государст­во должно адекватно реагировать на возможность военной угрозы.

Однако, демонстрируя встревоженность, большинство граждан, тем не менее, излучает оптимизм. 38,8% однозначно уверены, что Ук­раина способна отстоять независимость и целостность. (Редкий случай, когда юнцы и ветераны солидар­ны — так считают 40,7% респондентов в возрасте от 18 до 19 лет и 43,6% тех, кому 60 и более). 19,8% разделяют подобный бодрый прогноз с оговорками. В сумме — почти 59%. Вроде бы должно радовать.

Однако. Пятая часть (20,4%) столь же решительно убеждены, что защитить свою политическую самостоятельность государст­во не сможет. (Характерно, что так считают 27,7% опрошенных южан). Еще 15,1% не столь категоричны, но в соответствующей способности Украины сомневаются. Более трети населения, не уверенных в умении государства исполнить одну из важнейших своих функций, — весьма тревожная статистика.

Еще более интересны мнения граждан по поводу того, что именно помешает Украине отстоять государственную самостоятельность и нерушимость границ. Угрозу в разобщенности общества видят лишь 20,3% опрошенных (21,4 % на Востоке и только 16,7% в Киеве). В боеготовности армии не уверены 22,5% (в том числе 30, 3% на Западе и только 16,4% южан). Основными причинами возможной утраты независимости и целостности называют разобщенность политической элиты (41,8%) и непрофессионализм власти (45,8%). Любопытно, что среди сторонников первой точки зрения жителей юга меньше всего, а среди приверженцев второй — больше всего. И главное. Только 8% считает, что помешать остаться государством нам не может ничто. Рекордсмены среди абсолютных оптимистов — студенты (18,6% от числа опрошенных), молодежь до 20 лет (17%), жители западных областей (12,8%).

И трудно поверить, что успешно проведенный парад способен изменить эти цифры...

С полными данными исследования, проведенного центром «ТНС-Украина» по заказу «ЗН», вы можете ознакомиться здесь.